6.
- Как вам Калифорния? - спросил из вежливости Марк.
- Уф, жарко, - сказала Анна.
- Здорово! - сказала Кира и сверкнула глазами. - Здесь серфингисты крутые. Я тоже хочу научиться на доске по волнам летать. Поможете? - спросила, требовательно глянув на Марка.
Шустрая девушка, надо ей так же шустро сделать внушение - не на того напала.
- Я не занимаюсь серфингом. Тем более не даю уроков.
Вмешался Джек:
- Кира, уроки серфинга возьмешь в другой раз. Мы приехали ознакомиться с достопримечательностями...
- Ой, надоели они. - Кира не сводила глаз с молодого гостя. - Сколько ходили по звездным дорожкам, взбирались на Голливудские холмы, а никого из живых артистов не встретили. Вот ты живешь в Лос Анджелесе, а хоть раз видел живьем... - она назвала пару имен, которые Марку ничего не сказали.
- Не видел и не хочу, - ответил грубовато, чтобы отвязалась.
Разговор не вязался, подключился Саймон.
- Не желают дамы чего-нибудь холодненького - мороженого, сорбета? Или другого...
- Я желаю другого... - сказала Кира, сделала многозначительную паузу и подмигнула Марку.
Кокетничать с мужчиной в присутствии родителей - это идиотизм. Первое впечатление не обмануло. Наглость в девушках Марк не переносил печенкой и раскрыл рот поставить ее на место. Поставить не успел: папа схватил дочку за локоть и подтолкнул к лежаку. Она села, широко расставив ноги и свесив их по краям. Под короткой, расклешенной юбкой мелькнуло что-то темное - Марк заметил боковым взглядом и тут же отвернулся.
Ей нравилось провоцировать, но компанию выбрала неподходящую. У Джека заслезились глаза, дрогнули губы. Саймон взял его под руку и потянул за собой.
- Пойдем, принесем напитки, закуски и арбуз, а то дамы от жары совсем разомлеют. Марк, ты тоже. Поможешь.
- Захватите для меня мохито с ромом, - попросила Анна.
Джек уставился, будто она попросила накрыть ее шубой.
- Дорогая, алкоголь в жару...
- Помогает от потливости, - закончила она всезнающим тоном.
- А почему никто не загорает? - подала голос неугомонная Кира. Она терпеть не могла, когда на нее не обращали внимания.
- Потому что солнце в зените. Загорать сейчас решился бы только самоубийца, который из всех видов гибели предпочел бы медленное самосожжение, - витиевато ответил хозяин и вошел в дом.
Первым делом достал из холодильника новую бутылку содовой, разлил в три стакана, насыпал ледяных кубиков, раздал гостям.
- Что покрепче выпьем вечером, а сейчас самое лучшее - вода. За встречу!
Чокнулись. Выпили.
Саймон вытер кулаком губы и замер на секунду, вроде о чем-то задумался. Его распирало выговориться, но не знал с чего начать. Засуетился по кухне.
- Анна заказала мохито, из чего оно конкретно делается, Джек?
- Лайм, содовая, ром, лед. Еще листки мяты... Есть у тебя? А, вижу. На подоконнике растет.
- Обожаю как пахнет мята. Иногда сорву стебелек и сижу, нюхаю. Как наркоман.
- Или кот. Коты ее обожают. Еще еноты.
Пока Джек смешивал коктейль, Саймон достал из холодильника арбуз - идеально круглый, как зелено-полосатый глобус, и попросил племянника нарезать небольшими частями. Выложил на блюдо, вынес к дамам.
- Холодный арбуз - лучшее средство от жары! - провозгласил он, взял кусок и впился зубами в сочную мякоть. - Дамы, вы не обидитесь, если мы ненадолго уединимся?
- Не обидимся, - кисло проговорила Кира и откинулась на лежаке, положив ноги друг на друга.
Ноги у нее ничего, подходят для короткой юбки - механически отметил Марк и прошел мимо, туда, где в окружении изогнутых деревьев стоял стол и плетеные кресла с подушками на сиденьях и у спинок. Развернул одно так, чтобы не видеть находящихся на террасе, уселся, вытянул ноги, потянул из бокала содовую с апельсиновым соком.
Уделив гостьям внимание, Саймон посчитал свой долг выполненным, и устроился рядом с Марком. Между ними лег Купер. Он переводил улыбающуюся морду с хозяина на гостя и излучал счастье - настолько заразительное, что Марк подумал: от такого сожителя он бы не отказался.
Джек молча поставил мохито перед супругой, взял газету, которую читал, и на подходе к мужской компании проговорил:
- Весело у вас. Опять перестрелка.
- Где именно? - спросил Марк. - Я не читал последних новостей.
- В Сан Бернардино.
- Есть жертвы?
- Да. Семь человек, в том числе преступники - женщина и мужчина.
Марк продолжать разговор не стал. Жарко. Когда мозг как желе, несчастья внешнего мира кажутся далекими и несущественными, даже если семь трупов.
- Я всегда выступал за ограничение продажи оружия, - продолжил Джек строго, будто давал интервью, и его попросили осветить вопрос. - Его в Америке слишком много. На сто человек - 88 единиц. Самый высокий показатель в мире...
- Вообще-то, самый высокий показатель в Гондурасе, - поправил его статистику Саймон.
- Самый высокий показатель среди развитых стран, - уточнил Джек. - Это же ненормально. Один ковбой недавно откровенничал по телевизору: когда жена покупает новые туфли, я покупаю новое ружье. Вызывает тревогу. Перестрелки происходят чуть ли не каждый день. Со смертельным исходом. Ужасно, что погибают дети. Президент недавно плакал...
- Он плакал по совету пиар-менеджера, - перебил Саймон. - Я лично за свободную продажу. Каждый американец имеет право защищать себя и собственность, в том числе с оружием в руках. Это право записано в Конституции.
- Конституцию надо менять! Вернее - вторую поправку. Она внесена во времена Дикого освоения Запада, когда не было ни полиции, ни законов. Времена изменились. Конфликты надо решать цивилизованно и не заниматься самосудом.